«Согласны ли вы взять в супруги...» Конечно! И этот день станет самым счастливым днем нашей жизни. Мы ждем этого, потому что... так принято. А что происходит в нашей душе на самом деле? Об этом экс-новобрачные рассказали журналу Psychologies.

«Это репетиция, это начерно, когда-нибудь будет набело…»

Нина, 7 сентября 1991 года.

«С Андреем мы были одноклассниками, роман развивался бурно и увенчался решительным объяснением во время выпускного вечера. На первом курсе мы уже жили вместе, в одной квартире с моими родителями. Это была постоянная борьба – с привычками, взглядами и семейными устоями друг друга. Каждый старался сломать другого, подчинить себе... Мне это удавалось хуже. Когда мы подавали заявление в ЗАГС, я понимала, что долго не продержусь, но огромное желание стать замужней женщиной и отделиться от родителей взяло верх над здравым смыслом.

День свадьбы запомнился мне исключительно тем, что я боялась криков «Горько!» (так как знала, что Андрей ни за что не станет целоваться на людях и отдавать дань «идиотским традициям») и того, как посмотрят на моего непьющего избранника мои друзья и друзья родителей. Испытывала заранее досаду, стыд и обиду – на тех, кто осуждает, кто пожимает плечами или сочувствует...

Так накрутила себя, что впала в истерику от беззлобного замечания подруги: «Ну уж бокал-то шампанского он бы мог себе позволить ради такого случая...» В общем, больше всего я хотела, чтобы это все поскорее закончилось, отчетливо понимая, что этот первый день нашего брака – по сути первый шаг к разрыву. А накануне свадьбы я записала в дневнике: «Ну что ж, это пока начерно, когда-нибудь будет набело... Схожу замуж. Года на три». Так в результате и вышло...»

«Только один человек знал, что на самом деле происходило в моей душе»

Алена, 28 августа 2002 года.

«Не хочу вспоминать это время, но так сложилось, что мне отчаянно нужны были деньги, так как я запуталась и задолжала большую сумму. Подруга предложила познакомить меня с бездетной парой, которая искала суррогатную мать для своего ребенка. После ряда проверок и обследований они выбрали меня, и я стала «инкубатором». Когда пошел третий месяц беременности, приехал мой отец и устроил дикий скандал: он кричал, что я позорю семью. Про долг и про то, что ребенок не мой, я никак не могла ему рассказать, он бы меня просто убил. Я рыдала и не знала, что мне делать. И вот тогда мой друг Толя просто предложил: давай распишемся, чтобы твои родственники угомонились. Я зарыдала еще сильнее и рассказала ему про все. Он не смутился и сказал: что-нибудь придумаем...

Толя очень жалел меня. Свадьбу родители мои устроили такую, чтобы заткнуть рот всем родственникам: с кортежем, банкетом, салютом, голубями, номером для молодоженов в роскошной гостинице... Гости ликовали, заставляли нас с Толей целоваться, дарили подарки, произносили пафосные тосты, плясали и в конце концов подрались с тамадой.

Родители были довольны, а мы с Толей улыбались, как механические клоуны. И я была ему так благодарна за то, что он единственный среди всех этих людей, кто знает, что на самом деле творится в моей душе, и ему это не все равно. Ребенок родился в срок... Мне жаль было расстаться с ним. Даже не хочу рассказывать, что пришлось наврать моим родителям. Мы уехали в другой город. Я очень переживала. И Толя все это время был рядом, он был мне и мужем, и братом, и другом... И мы до сих пор вместе, хотя поженились вовсе не потому, что оба этого хотели».

«И этого я ждала семь лет?»

Ирина, 17 сентября 2005 года.

«С Сергеем мы прожили вместе не расписываясь семь лет, Верочку родили... Честно говоря, нам и так было неплохо, но надоело, что все спрашивают у дочки, почему у нее не папина фамилия и т.д. Помимо этого, уже никто не верил (особенно мои родители, которые даже отказались прийти на свадьбу – «Не такой судьбы мы дочке желали!»), что мы вообще когда-нибудь поженимся. Так что наше решение выросло из желания оградить дочь от вопросов и сделать назло родителям.

Несколько раз ездили в ЗАГС: не могли подать заявление из-за очереди. В итоге свадьба совпала с Днем города, кругом был сплошной праздник и автомобильные пробки. Накануне я мыла полы и гладила наряды, спали полтора часа. Потом сломалась машина, не привезли цветы, торты… Я все проклинала – уже ничего не хотелось! Мы страшно опаздывали, я переживала, а в результате вся церемония заняла минуты две...

И вот я выхожу из ЗАГСа с дочкой за ручку и думаю: «И это все? И этого я ждала семь лет? Да и ждала ли – ведь знаю, что отношения наши в связи с появлением штампа никак не изменятся…»

Конечно, у меня с детства были какие-то мысли о том, какая у меня должна быть свадьба, но ни одна из них не воплотилась в результате в жизнь. Зато столько было теплых слов и поздравлений со стороны друзей – вот этого мы как раз совсем не ожидали и были глубоко тронуты».